Первая в XXI в. перепись населения страны в России учла 604,3 тыс. марийцев, в том числе 18,5 тыс. горных, 56,1 тыс. лугово-восточных марийцев. Она же выявила, что самая крупная в России диаспора этого финно-угорского народа, не считая их исторической родины – Республики Марий Эл, в Башкортостане насчитывается 105,8 тыс. человек, что составляет 17,5 % всего марийского населения Российской Федерации. По численности марийцев Башкортостан уступает лишь их исторической родине – Марий Эл и опережает четыре вместе взятых регионов России: Кировскую и Свердловскую области, Республику Татарстан и Удмуртскую Республику.
Почти две трети марийцев – жители сельской местности. Они расселены в северной и западной частей республики. В четырех районах – Бирском, Краснокамском, Калтасинском и Мишкинском проживают более 46 тыс. марийцев или две трети сельских марийцев республики. В западном регионе они расселены в Шаранском (в 25 деревнях 4,9 тыс. чел.), Бакалинском (928 чел.), Илишевском (877 чел.), Белебеевском (425 чел.) районах. Для сравнения: во всей Оренбургской области насчитывается около 1,4 тыс. марийцев.
Более 35 % марийцев республики проживают в городской местности. Больше всего их в Нефтекамске (12,2 тыс. чел.), Уфе (9,6 тыс. чел.), Бирске (4,3 тыс. чел.). От 1 до 1,6 тыс. чел. – в Янауле, Октябрьском, Благовещенске и Туймазах, по нескольку сот человек в Салавате и Стерлитамаке. В городах юго-восточного региона края численность марийцев незначительна.
Активная миграция марийцев в Башкортостане происходила во второй половине XVIII в. В 1897 г. в Уфимской губернии насчитывалось 80,6 тыс. человек, в 1912 г. – 90,5 тыс. марийцев.
Марийцы Башкортостан известны как восточные и среди них различаются марийцы междуречья Агидели и Уфы (упо марий), икско-сюньские (белебей марий), прикамские (чолман марий) и приуральские (урал марий).
Марийские горномарийский и восточно-луговой марийский языки входят в волжскую группу финно-угорских языков.
В восточно-луговом марийском языке выделяются восточное и луговое наречие. В Башкортостане распространено восточное наречие, в котором имеется значительный пласт тюркизмов, в частности, башкиризмов. Например: марийское tulup берет начало от башкирского «толоп», ока – yka, oksa – акса, kata – ката, korot – корот и др. В Балтачевском говоре насчитывается более 200 тюркизмов, связанных только с понятиями природы.
Марийцы издавна занимались охотой, рыболовством, собирательством, бортничеством. Однако ведущей отраслью их хозяйства было земледелие – древнее их занятие. В «Казанской истории» (XVI в.) они и называются землепашцами. К XVI в. т.е. ко времени передвижения части марийцев в восточные земли, они владели навыками пашенного земледелия. В Прикамье и в бассейне р.Белой при освоении покрытых лесом участков, переселенцы применяли древнюю переложную систему хлебопашества, когда обработанное поле засевали подряд несколько лет, а затем на время забрасывали ее и осваивали новые площади. Основными зерновыми культурами были рожь, овес и ячмень. В меньшей мере возделывали пшеницу и просо. Засевали поля горохом и гречихой. Уже в XIX в. стали сажать лук и картофель. Ни одна семья не обходилась без посевов конопли, необходимой для изготовления тканей. Лен высевали в небольших количествах. Скотоводство у восточных марийцев по отношению к земледелию играло подчиненную роль. Разводили лошадей, крупный рогатый скот, овец. Свиней и коз, считая «неугодным богу» для жертвоприношений, почти не держали. Обеспеченность лошадьми была сравнительно невысокой. В 1917 г. в Белебеевском уезде Уфимской губернии на один марийский двор приходилось в среднем одна-две лошади. Немало было и безлошадных хозяйств, хотя отдельные семьи имели целые табуны.
Большой опыт имели марийцы в разведении пчел. Этнографы говорят о пчеловодстве как издревле традиционном их занятии. При переселении в Прикамье вместе со скарбом марийцы везли дуплянки с пчелами. Как и повсюду в притаежной полосе, еще полтора-два столетия назад пчеловодство было исключительно бортевое. Каждая борть была помечена семейным знаком собственности. В XIX в. восточных марийцев, как и у их соседей, происходил постепенный переход к пасечному пчеловодству. Ульи устанавливались на опушке леса у деревни или даже в пределах усадьбы. В начале XX в. у некоторых пчеловодов появились рамочные ульи стандартного типа. Для зимовки пчел оборудовали омшаники.
Традиционная материальная культура восточных марийцев развивалась под влиянием их соседей башкир и татар. Марийские деревни в западных и северных районах республики мало отличались от башкирских и татарских поселений. Однако по сравнению с последними они были сравнительно небольшими.
Жилищем служила срубная изба (порт). Внутренняя обстановка ее напоминала башкирскую или татарскую (печь с вмазанным котлом, широкие нары, занавески на стенах, занавес, отделяющую кухонную часть и др.) .
Печь располагалась справа у входа и была повернута топкой к передней стене. Вдоль этой стены возвышались широкие нары. Небольшие нары были и слева от входа. Старые дома были ориентированы входом на юг. Место на маленьких нарах у марийцев-язычников было почетным: здесь устанавливались свечи, и выставлялось угощение для умерших во время семейно-родовых поминок. В некоторых деревнях на севере Башкортостана над входной дверью сооружали полати. Кроме нар в каждом доме имелись стол и лавки.
Функционально-значимой постройкой являлась клат – бревенчатая кладовая на столбах. Часто клеть или амбар использовались как жилое помещение для молодой супружеской пары.
Из построек наибольшее этническое своеобразие сохраняла марийская избушка (кудо) – бревенчатая, крытая корой или тесом постройка без окон и потолка. В ней был сложен каменный очаг, над ним подвешен на цепях котел для приготовления пищи. У людей старшего поколения сохранилось почтительное отношение к кудо как к родовому (семейному) святилищу. По старым представлениям, в нем жил дух кудо водых – покровитель семьи. В этой постройке, служившей также летней кухней, огораживали часть (изи кудо), где хранили культовые атрибуты, посуду для жертвоприношений. В кудо молились и совершали некоторые обряды.
Последние десятилетия у большинства народов Башкортостана национальный костюм в повседневном быту утрачен. Марийцы дольше других хранили верность традициям. Еще и сейчас в районных центрах и тем более в деревнях обычны встречи с пожилыми марийками, одетыми в платья и верхнюю одежду традиционного покроя. В торжественной обстановке извлекается из сундуков домотканая одежда. Старинные вещи используются на свадьбах, надеваются на сабантуй и другие праздники. Нарядная одежда неотъемлемо связана с фольклорными выступлениями. Марийский костюм привлекает внимание особой декоративностью. Короткое, чуть ниже колен, пышное платье (тувыр) из пестряди с множеством разноцветных полос, складочек на подоле, сборчатый кафтан (шофыр), перетягивающий талию пояс (ушто) с кистями, нарядный фартук и платок с бахромой – типичный наряд мариек.
К старинной одежде относится холщовый головной убор (шынашовычо). Он представляет собой полосу ткани, с одного конца зашитую в виде остроконечного башлычка. Расправленный конец с бахромой прикрывал затылок и шею. Убор носили под платком, тем не менее, его полотнище было украшено вышивкой, бисером, блестками. Вышивались плотным узором шерсти или шелком и свадебные холщовые платки (салык). В качестве свадебной была распространена шапочка (такия), покрытая рядами монет и бус.
Самой распространенной повседневной обувью были лапти (йындал). Состоятельные марийцы покупали сапоги и кожаные галоши.
Марийцы Башкортостана относились с особым пристрастием украшениям из монет. Обычно монеты нашивали на ткань, вперемежку с бусами, раковинами и перламутровыми пуговицами. В праздничный набор входило до десяти украшений: ушные подвески, серьги, подбородники, украшения для волос, ожерелья, нагрудники, браслеты и кольца. Древним украшением, известным по археологическим материалам, является круглая фибула (шыркама), которая служила заколкой ворота, платья и играла охранную, магическую роль. В традиционном костюме марийцев видно влияние башкирских и татарских костюмов. Это – прямоспинные кафтаны с боковыми разрезами и штаны с широким шагом.
И в языке сохранилось немало слов-заимствований, связанных с костюмом и с его деталями (такия – девичья шапка прибельских и приуфимских марийцев, пешмет – верхняя одежда, чачкап – шлемовидный убор, наподобие кашпау, его надевали на белое покрывало (тастар) и т. д.
Основу традиционной кухни восточных марийцев составляли продукты земледелия и скотоводства. Повседневной и празднично-обрядовой пищей у них были хлеб (кинде), который пекли теми же способами, что и соседних народов, блины (белен), крупы (шураш). Употребляли мясо, в том числе конину, молочные продукты, яйца. На зиму запасали валяную конскую колбасу-каж (казы).
Традиционными обрядовыми напитками марийцев являются хлебное пиво (пура), хмельной мед (пуро, шорва). Ставили хлебный квас (шово), делали айран (йыра).
Большинство восточных марийцев по религии оставались язычниками – чи Марий. В центре системы религиозных верований находился семейно-родовой культ, в частности, культ предков. По языческим представлениям, человек продолжал свое обычное существование в другом мире, поэтому смерть не воспринималась трагически. В похоронах принимали участие все родственники. Умершего провожали на кладбище на лошадях, запряженных летом повозку, зимой в сани, с песней и музыкой. На него надевали праздничную одежду и снабжали всем необходимым: посудой, рабочим инструментом, пряжей, деньгами. Гроб воспринимался как дом. В нем делали маленькое застекленное окошко. Девушке клали женский головной убор на случай, если выйдет замуж. Считалось, что сорок дней умерший питается дома, за общим столом, для него оставляли пищу. В дни поминок (на 7-й, 40-й день и в годовщину) ехали на кладбище, чтобы пригласить умершего помыться в бане и разделить общую трапезу. Верили, что он присутствует за столом и веселится со всеми. Для умершего ставили тарелку с блинами, стопочку с медовухой. Поминальным угощением была суп-лапша, с мясом забитой овцы. По старым обычаям, кто-либо из присутствующих мог взять на себя роль умершего. Одевшись в его одежду, он вместе со всеми угощался, пел и плясал. На следующий день «гостя» провожали на кладбище.
Все большие праздники восточных марийцев (агавайрем, сурем, угинде пайрем) связаны с циклами земледельческих работ. Весенним праздником был агавайрем, который проводился перед севом яровых. Летний праздник – сурем, завершавшийся ритуалом изгнания «злых духов», проводился перед сенокосом. После уборки ржи праздновался угинде пайрем (праздник нового хлеба). Среди крещеных марийцев укоренились и христианские праздники: Пасха, Троица и др., но с непременными элементами языческой обрядности.
Уже в прошлом веке у восточных марийцев преобладала малая индивидуальная семья из 2 – 3-х поколений родственников по отцовской линии. Наряду с ней существовала и большая неразделенная семья, включавшая стариков, их женатых сыновей (иногда и женатых внуков) с детьми. Для внутрисемейных отношений были характерны патриархальные традиции.
Средний размер марийской семьи в 1989 г. составлял 3,7 человека. По этому показателю марийцы, лишь несколько уступая удмуртам (3,8 чел.), опережали башкир (3,5 чел.), татар (3,3 чел.), русских (3,2 чел.) и др.
Прикамские и Приуральские марийцы издавна живут бок о бок с башкирами, татарами, русскими и др. народами. Однако в прошлом они роднились с ними крайне редко, для них были характерны однонациональные браки и семьи. В советское время в связи с расширением межнациональных контактов заметно возросло число национально-смешанных браков с участием марийцев.
Уровень этнического самосознания у восточных марийцев высокий. Об этом свидетельствует хотя бы то, что при переписи 1989 г. 91 % марийцев назвали родным языком марийский (в Марий Эл – 88,4 %).
Талантливые выходцы из марийских деревень Башкортостана внесли большой вклад в развитие культуры своего народа. В конце XIX в. преподаватель Бирской учительской семинарии П.П.Ерусланов составил «Черемисско-русский словарь восточного наречия» и букварь для восточных марийцев. Изучением диалектов марийского языка, формированием общемарийского литературного языка, созданием первой грамматики, изучением фольклора и религии многие годы занимался В.М.Васильев (1883 – 1961 гг.), уроженец деревни Сусады-Эбалак Янаульского района. Мишкинский район дал марийскому народу признанных классиков литературы Я.Ялкайна, С.Эмана, А.Бика, композитора А.Искандарова, поэта, журналиста и краеведа Г.Зайниева, талантливых современных писателей В.Изилянову и В.Абукаева-Эмгака. Родом из Башкортостана первая марийская поэтесса Сакева Сайпетдинова, поэтесса старшего поколения М.Аюпова и Н.Ялкайн, известные писатели А.Эрыкан, А.Пасет, Э.Чапай, Э.Осып, А.Асаев, Т.Батырбаев, А.Тимиркаев, драматург и прозаик А.Юзыкайна и др. Представители творческих профессий, как и в прошлом, связывают свою судьбу со столицей Марийской Республики. В числе многих йошкаролинцев, вышедших из Башкортостана, артисты А.Андрианов и В.Асмаев, главный режиссер Марийского театра юного зрителя О.Иркабаев, художественный руководитель Государственного ансамбля песни и танца Республики Марий Эл Ю.Иркабаев, певец и музыкант А.Изибаев-Бирь, видные филологи Ю.Андуганов и Н.Исанбаев, фольклорист С.Сабитов и др.
Многое делается для сохранения и приумножения культурного наследия марийцев. Сегодня в республике функционируют марийские детские сады, в 78 школах дети марийской национальности обучаются на родном языке, а в 138 школах республики организовано изучение марийского языка. Учителей начальных классов для марийских школ готовит Благовещенский педколледж, в 1993 г. открыто русско-марийское отделение в Бирском педагогическом институте. Открыты музеи: основоположнику марийской филологии В.Васильеву – в Янаульском районе, классику марийской литературы Я.Ялкайну – в Мишкинском районе, известному государственному и общественному деятелю Н.Алексееву – в Калтасинском районе. В г.Нефтекамске работает филармоническая марийская общественно-политическая газета «Чолман» («Кама»). В Калтасинском и Мишкинском районах выпускаются газеты на марийском языке.
В 1989 г. был учрежден марийский общественный центр, позже преобразованный в марийское общественное объединение «Марий Ушем». В шести городах (Уфе, Бирске, Нефтекамске, Благовещенске, Янауле, Дюртюлях) и семи районах (Калтасинском, Краснокамском, Мишкинском, Илишевском, Караидельском, Нуримановском и Шаранском) имеются его филиалы.
По материалам Историко-культурного энциклопедического атласа Республики Башкортостан, М., У., 2007 г.
© 2009-2012 РОО "Хомай" При копировании материалов ссылка обязательна.
